Легенда 051


Бытийные глаголы, а также глаголы,
называющие существование самовыявляющееся и непосредственно воспринимаемое

В русском языке существует развёрнутый и многоступенчатый класс глаголов, называющих бытие, существование и с достаточной стро

В русском языке существует развёрнутый и многоступенчатый класс глаголов, называющих бытие, существование и с достаточной строгостью распределённых между субъектами существования. В толковых словарях сами эти глаголы и соответствующие значения многозначных глаголов отражены с достаточной полнотой, но тот закон «упорядоченного беспорядка», которому подчиняются алфавитные толковые словари, не позволяет представить этот класс как целостную систему.

Русские тематические словари, а также тематические словари, претендующие на статус тематико-идеографических, или совсем обходят молчанием этот класс, или подают его как случайный и разрозненный подбор нескольких слов.

Между тем, как уже сказано, этот класс заслуживает особого внимания, и ­естественно, что он должен найти адекватное описание прежде всего в семантическом словаре.

Этот класс, как и другие лексические классы, имеет сложное внутреннее строение, предстающее в виде разветвлённого древа, нисходящего от вершины к основанию (схемы 5—14).

Есть общая черта, сближающая класс бытийных глаголов с фазовыми глаголами. Это — самое первичное, исходное членение всего лексического материала по временным фазам — начиная от фазы начала до фазы завершения. Однако в отличие от фазовых глаголов, именующих течение времени на высшей ступени абстракции, класс бытийных глаголов членится на множество фаз, отвечающих как временным периодам, отрезкам, моментам всего существующего, так и всему тому множеству субъектов, которые проходят путь своего существования от предстояния и зарождения до исчезновения, конца. Этими разными периодами и моментами существования, с одной стороны, и, с другой стороны, множеством (практически бесконечным) самих субъектов бытия, проходящих временные фазы своего существования, объясняется сложное, многочастное членение класса бытийных глаголов. Здесь следует отметить, что в ряде случаев природа субъекта имеет определяющее значение для самого существования этой или иной группы бытийных глаголов. Тогда значение субъекта предопределяет собой соответствующий участок лексической классификации (схема 6, ● 38—42; схема 10, ● 63—69; схема 13, ● 99—102; схема 13а).

В своём строении в вершине этот класс представлен десятью временными фазами. Это: 1) предбытие, близость; 2) возникновение, начало бытия, появление; 3) становление, осуществление, образование; 4) существование; 5) мгновенность бытия; 6) перерыв в течении бытия, остановка, приостановка; 7) достижение предела бытия; 8) затухание, склонение к концу; 9) конец бытия. Всем этим фазам противостоит небольшая группа глаголов со значением несуществования, отсутствия (схема 5).

Видо-временная система русского глагола, зиждущаяся на самом общем противопоставлении предельности-непредельности, самим своим присутствием утвержда ет наличие плавного перехода от одной фазы существования к другой. В структуре словарной статьи это плавное и естественное движение и переходы показываются разделением видовых пар на основную часть словарной статьи и на словообразовательное гнездо. Там, где такое соотношение (т. е. связанность частей догнездовой и гнездовой) самой словарной статьёй не показано, оно обнаруживается в Словаре наличием соответственно противопоставленных лексем. Особого замечания требует подача в данном разделе глаголов со значением мгновенности бытия (● 93): большинство таких глаголов, представленных здесь как отдельные лексические единицы, одновременно фиксируется в гнезде глаголов, входящих в другие множества. Такое повторение объясняется сложностью предельности, сочетающей в себе разные «способы глагольного действия», включая так называемую «точечность».

Однако особенность класса бытийных глаголов состоит не только в способности показать дифференцированно весь процесс бытия, его протекание. Другой важнейшей чертой этого класса является то, что в самой природе языка — так же как и в самой природе  бытия вообще — заключена нерасторжимость собственно существования и его формы, т. е. собственно его обнаружения. Любой субъект существует, во-первых, в развитии, во-вторых, в обнаружении и изменении своих качеств, свойств и возможностей. Именно этим объясняется сложность и многообразие бытийных глаголов в способах представления самого процесса бытия, в разных его видах, качествах и модификациях.

Класс бытийных глаголов свободно и по-разному взаимодействует с другими глагольными классами, как с глаголами активного действия, так и с глаголами неактивного процессуального состояния. Все такие глаголы способны представлять бытие как движение, положение в пространстве, как физическое состояние, звучание, чувственное восприятие и др. Во всех таких случаях в семантике глагола сочленены два компонента, один из которых заключает в себе значение собственно бытия, а другой ассоциирует бытие с тем или иным действием или состоянием, конкретизирует форму существования и, как правило, связывает её с ограниченным кругом субъектов. Таковы, как уже сказано, глаголы со значением движения в пространстве: течь (Текут ручьи, реки), бежать (Бегут ручьи; Бегут дни за днями), бродить (В голове бродят грустные мысли), идти (Идёт дождь; Время идёт), подойти (Лес подошёл к самой дороге), лететь (Часы, минуты летят) и многие другие; глаголы со значением активного конкретного физического действия: играть (На небе играет солнце), мести (Метёт метель, пурга), сеять (С ночи сеет мелкий дождь), среди них глаголы, предполагающие обязательное воздействие на объект: бить (Вода бьёт ключом), хлестать (Волны хлещут о берег) и др.; глаголы со значением положения в пространстве: возвышаться (Вдали возвышаются горы), лежать (Дорога лежит через поле), простираться (Кругом простираются озёра, водная гладь), раскинуться (Вдоль берега раскинулась деревня) и др.; глаголы со значением изменения положения в пространстве: валиться (На поле валится снег), подниматься (Дорога поднимается в гору) и др.; глаголы со значением интенсивного процессуального состояния: бурлить (Бурлят весенние ручьи), пылать (Пылает огонь) и др.; глаголы со значением физиологического состояния: дремать (Дремлет надежда) и др.; глаголы со значением чувственного восприятия, звучания: видеться (Вдали видятся горы), звучать (На улице звучат голоса), раздаваться (За лесом раздаются взрывы снарядов), слышаться (Слышатся чьи-то шаги) и др.

Для установления присутствия собственно бытийного значения в названных выше и многих других подобных глаголах, развивших в себе вторичное значение бытийности, большую роль играет порядок слов в сообщении. В тех случаях, когда содержание сообщения сосредоточено на собственно существовании субъекта, этот глагол обычно логически не выделяется и позиционно смыкается с субъектом, в других случаях в глаголе доминирует его первичное исходное значение; ср.: В долине течёт река и Горная река стремительно течёт через пороги. Описание бытийных глаголов в настоящем томе Словаря даёт читателю богатые материалы для собственных исследовательских разысканий в области смысловых и семантических взаимодействий глаголов разных лексических классов.

Сложностью и синкретичностью самого понятия бытия, его связанностью с пространственными и временными категориями, категориями качества и количества объясняется то, что собственно значение бытия, существования в подавляющем большинстве случаев оказывается обогащённым различными дополнительными семантическими компонентами — качественно-характеризующим, темпоральным, локальным, количественным (схемы 7, 11, 13).

Прежде всего, бытие представлено глаголом как состояние, протекающее во времени. Как уже сказано, этот процесс непосредственно связан с основными фазами бытия. Внутри той или иной фазы темпоральные связи и отношения могут фиксироваться специальными лексемами, относящими существование к какому-н. временному периоду, к другому состоянию или действию, к предшествованию, следованию за чем-н., одновременности или чередованию. Например: зимовать, прожить (долгую жизнь), затянуться (дожди, холода), продолжаться (дождь, жизнь, разговоры), предварить, сосуществовать, сменить (схема 11, ● 76—80).

Значительную часть класса бытийных глаголов составляют глаголы со значе­нием существования, характеризуемого локально. В отличие от глаголов бытия, ­осложнённых темпоральным значением, данные глаголы в своём большинстве представляют бытие как стабильное состояние. Например: находиться (Дача находится недалеко от города), помещаться (Редакция помещается на втором этаже), рас­полагаться (Деревня располагается вдоль реки), протянуться (Дорога протянулась через поле), лежать (На траве лежит роса) (схема 7, ● 49; схема 11, ● 81—83; схема 13, ● 105).

Меньшие подмножества, по сравнению с другими, составляют глаголы, в которых существование характеризуется количественно. Например: громоздиться (Громоздятся ошибка за ошибкой), роиться (Роятся мысли, воспоминания), унизать (Драгоценные камни унизали корону), ютиться (Хижины бедняков ютятся на окраине) (схема 7, ● 50; схема 11, ● 83).

Собственно бытие во многих случаях именуется глаголами с качественно-характеризующими компонентами. При этом бытие, существование характеризуется со сто­роны интенсивности, силы протекания: бежать (струя, поток), брызгать (искры, слёзы), бушевать (гроза), мчаться (время), царить (тишина); свободности, вольности, торжественности: процветать (ремёсла, наука), реять (ветер), шествовать (весна); нестабильности, беспорядочности: блуждать (мысли), мелькать (воспоминания), мигать (огонёк); тайности, скрытности: дремать (чувства), затаиться (обида, боль); затруднённости: влачиться (годы, дни), прозябать (в нищете) (схема 7, ● 43—47; схема 11, ● 70—75; схема 13, ● 103—106).

Отдельное, значительное в количественном отношении множество составляют глаголы, называющие бытие как такое состояние, субъект которого находится в нерасторжимом взаимодействии с субъектом, это бытие воспринимающим, к нему так или иначе относящимся (схемы 8, 12; схема 13, ● 110—112). В этих случаях бытие представлено совокупно как самовыявление и как состояние воспринимаемое. Это глаголы с общим нерасчленённым значением восприятия, например: видеться (В работе видятся успехи), замечаться (Замечаются признаки улучшения), слышаться (Слышится страх в чьих-то словах), чувствоваться (Во всём чувствуется приближение весны); со значением зрительного восприятия, например: голубеть (Небо голубеет), алеть (Алеют маки), синеть (Синеют васильки), темнеться (На снегу темнеются чьи-то следы); со значением восприятия слухом, например: барабанить (Барабанит дождь, град), греметь (Гремит салют), дребезжать (Дребезжит оконное стекло), разливаться (По деревне разливаются гармоники), рокотать (Рокочут волны), шуметь (За окном шумит дождь); со значением восприятия обонянием (всё о запахах), например: пахнуть (Духи пахнут лавандой), шибать (В нос шибает запах плесени) и некоторые другие.

В лексикографических описаниях класс бытийных глаголов обычно представляется как малая закрытая система, состоящая из нескольких слов. Поэтому естественно, что мы ожидаем критических замечаний по поводу представленных в настоящем томе «Русского семантического словаря» широких границ класса бытийных глаголов и самого понимания бытийности. Однако многосторонний анализ содержащегося в этом разделе материала утверждает авторов в том положении, что во всех включаемых сюда единицах присутствует сема бытия, существования, и в том, что эта сема способна обрастать многочисленными дополнительными семантическими компо­нентами. Сама бесспорность существования и последовательность описываемых фаз бытия, их очевидная разветвлённость показывает, что класс бытийных глаголов представляет собой весьма сложную лексическую подсистему языка и не ограничивается несколькими единицами, в которых значение существования является единственным и ничем не осложнённым.

Таким образом, класс русских бытийных глаголов является сложной и разветвлённой системой, отражающей сам процесс бытия в самых разнообразных его видах и проявлениях.

Весь раздел Словаря, представленный в схемах 5—14, содержит около 3 500 единиц, считая  заголовочные словозначения, их ближайшие производные, помещаемые в гнезде за знаком (||), а также фразеологические единицы, следующие за знаком «ромб» (♦) или вынесенные в качестве отдельных статей под знаком (♦♦♦) в конце ­соответствующего лексического ряда.

О структуре словарной статьи см. Предисловие, т. I, §§ 8, 9.

 

 
Свидетельство о регистрации в средствах массовой информации: Эл № ФС 77-20427 от 3.03.2005
Дизайн и разработка сайта МЦДИ «Бинек»