Предисловие


Представление о том, что имена нарицательные и имена собственные составляют одну из основных языковых оппозиций, отразилось на способах их словарного описания. По традиции, идущей от создания первых больших словарей русского языка, нарицательные и собственные имена описываются в словарях разных типов: первые в филологических (полных и дифференциальных), вторые — преимущественно в энциклопедических и специальных ономастических справочниках. Проблемным следует признать и вопрос представления имен собственных в словарях языка писателей. Каждый из двух основных подходов — выведение онимов за рамки основного корпуса статей (оформление в виде отдельных выпусков, приложений) и включение их в единый с апеллятивами словник — преследует, очевидно, свои цели. Если в первом случае составители ориентированы на рассмотрение ономастикона (отдельного произведения, цикла произведений, всего творчества автора или ряда авторов) прежде всего как совокупности единиц одного разряда в их взаимной связи и соотнесенности, то во втором — на описание художественно-речевого массива (произведения и т. д.) в его полноте и целостности, в сближениях и отталкиваниях единиц разных разрядов. Ср., с одной стороны, полные толково-энциклопедические словари имен собственных, созданные на горьковском материале: приложение к «Словарю автобиографической трилогии М. Горького» (Л., 1975), выпуск первый «Словаря повести М. Горького “Фома Гордеев”» (Владивосток, 1990), и, с другой, первые словари грибоедовской серии: полный алфавитно-частотный указатель комедии «Горе от ума», подготовленный В. Н. Куницким (Киев, 1894), и выпуск первый толкового словаря этого же произведения, составленный В. Ф. Чистяковым (Смоленск, 1939). В современной лексикографии мало что изменилось в этом плане. С применением первого подхода описаны имена собственные в многотомном «Словаре поэтического языка Марины Цветаевой», в рамках второго — реализуется проект «Словаря языка К. Г. Паустовского». Заметим, что утверждению принципа «один словник для всех типов слов» способствовали в свое время составленные западными лексикографами конкордансы к творчеству выдающихся русских поэтов (Баратынского, Батюшкова, Пушкина, Мандельштама), наглядно показавшие теснейшее взаимодействие в широком и узком поэтических контекстах самых разных типов слов1.
Представление имен собственных в писательских словарях не ограничивается, конечно, двумя названными способами2. Однако из всех возможных подходов едва ли целесообразным следует считать только полное (или почти полное) исключение онимов из процесса лексикографирования авторских языков, то есть, по сути, создание писательских словарей имен нарицательных. Образцы таких справочников находим на раннем этапе формирования лексикографии художественной речи. Так, и в дифференциальном «Словаре к стихотворениям Державина» Я. Грота (СПб., 1883), и в претендовавшем на полноту «Словаре к сочинениям и переводам Д. И. Фонвизина» К. Петрова (СПб., 1904) примеры имен собственных единичны, и отобраны они составителями с большой степенью произвольности.
Особого упоминания в связи с рассматриваемой проблемой заслуживает этапный в отечественной авторской лексикографии «Словарь языка Пушкина» (М., 1956-1961)3. Его созданию предшествовала, как известно, большая подготовительная работа. В 30-е гг. было, в частности, составлено несколько справочников энциклопедического характера (например, «Путеводитель по Пушкину» 1931 г., «Словарь», предназначенный Б. В. Томашевским для однотомника сочинений поэта 1935 г.). Возможно, этим, а также сложностью и многообразием задач, которые приходилось решать в процессе работы над словарем, строгим следованием традиции при формулировании принципов отбора лексики для историко-языкового авторского словаря, уровнем развития в то время ономастики как науки и др. причинами объясняется то, что в пушкинском словаре было решено отразить только узкий круг имен собственных - употребленных в нарицательном или переносном значении, а также имен мифологических и условно-поэтических4. Поэтому читатель не найдет здесь отдельных статей на антропонимы Пушкин, Грибоедов, Николай, топонимы Москва, Михайловское, Грузия и под. Важно, однако, отметить, что пушкинский материал оказался сильнее воли составителей словаря. При внимательном прочтении словарных статей обнаруживается, что онимов разных типов, однословных и неоднословных, в словаре значительно больше, чем было оговорено. Это имена отдельных лиц и персонажей (употребленные в прямом значении), прозвища, названия художественных произведений, исторических событий, городских объектов, названия обществ, органов печати, наград, напитков, водных пространств и т. д. Вот некоторые примеры по букве А: Абидосский (Абидосская невеста — поэма Байрона), Агриопа (трагедия В. И. Майкова), Азиатский (Азиатский Рак — иронически о «Вестнике Европы»), Аи (сорт шампанского), Алжирец (прозвище приятеля Пушкина Н. В. Всеволожского), Альциона (название альманаха, издававшегося Е. Ф. Розеном), Арабески (повести Н.В.Гоголя), Арзамас (название литературного общества (1815-1818 гг.)), Армида (волшебница, героиня поэмы Т. Тассо «Освобожденный Иерусалим»), Асмодей (прозвище П. А. Вяземского в «Арзамасе» по имени демона, адского духа из поэмы В. А. Жуковского «Громобой»)… Даже по этому небольшому списку примеров видно, что имена собственные, занимающие существенное место в языковой картине мира Пушкина, достаточно частотные в его лексиконе, нашли более полное, чем это предполагали составители (хотя, безусловно, далекое от исчерпывающей полноты), отражение в словаре. С чем это может быть связано? По-видимому, с неоднозначностью понимания онимов как типа обозначений, с особой подвижностью границ между именами собственными и нарицательными в художественной речи, сложностью в строгом разграничении и словарном представлении единиц противоположных лексико-грамматических разрядов, имеющих, условно говоря, омонимичный характер (например, производное от Америка относительное прилагательное американский в пушкинском примере: Американские дикари все вообще звероловы — и в составе неоднословных названий, также отмечаемых у поэта: Американская компания, Американские Штаты), и т. д.
Идея о нейтрализации (в определенной степени) для художественной речи противопоставления нарицательных и собственных имен послужила основанием для включения словарных статей на онимы в общий алфавит экспериментального издания «Поэт и слово. Опыт словаря» (М., 1973). Построенный на материале 28 стихотворных произведений двенадцати разных поэтов, словарь демонстрировал многообразные контекстные преобразования слов, в том числе и каждого онима. Однако, учитывая сохраняющуюся и в художественной речи специфику имен собственных, составители словаря собрали все имена этого типа и в особом алфавитном «Указателе», снабдив их необходимыми пояснениями энциклопедического свойства. Тем самым в словаре были объединены два взаимодополняющих подхода: в отдельном словнике имена собственные эксплицировались энциклопедически, в общем же списке они, как и апеллятивы, интерпретировались с помощью приемов поэтики.
Традиции книги «Поэт и слово» продолжает «Словарь языка русской поэзии ХХ века». Уже сейчас, до выхода в свет этого многотомного Словаря, мы предоставляем читателям возможность  познакомиться с тем, как в нем трактуются некоторые из имен собственных — личные имена и географические названия. Словник здесь также един для всех типов слов, независимо от места, занимаемого ими в общелингвистических типологиях.
«Словарь имен собственных» — это выборка из базового Словаря, источником для которого послужило творчество десяти поэтов: Анненского, Ахматовой, Блока, Есенина, Кузмина, Мандельштама, Маяковского, Пастернака, Хлебникова и Цветаевой. Характер и объем предлагаемого словаря обусловлены не принципиальным предпочтением антропонимов и топонимов всем другим классам слов вообще или иным именам собственным, а в основном — частотностью и многообразием их типов в текстах выбранных авторов. К антропонимам в словаре отнесены имена реальных лиц (личные имена как таковые, отчества, фамилии, псевдонимы, прозвища), имена вымышленных лиц (литературных героев, мифологических, фольклорных, сказочных персонажей), теонимы, культонимы, инициальные обозначения лиц, а также нарицательные имена, выступающие в роли собственных и оформленные обычно с прописной буквы, и имена олицетворенного характера (типа Алконост, Гамаюн и под.). К топонимам отнесены собственные имена разных географических объектов - территорий и поселений (стран, городов, деревень и т. п.), водных объектов (рек, морей и т. п.), элементов земной поверхности (гор, долин и т. п.), внутригородских топографических объектов (улиц, площадей, церквей и т. п.) и т. д.
Для более полного представления о совокупном онимном пространстве, которое выявляется в привлеченных для описания источниках, о словопроизводном потенциале имен собственных в словарь включены в качестве заголовочных единиц также лексемы, образованные от личных имен и географических названий. Основные принципы описания единиц в словаре имен собственных соответствуют общей концепции базового Словаря. Некоторые особенности представления таких единиц отражены в разделе «Как пользоваться словарем» книги: Григорьев В.П., Колодяжная Л.И., Шестакова Л.Л. Собственное имя в русской поэзии XX века: Словарь личных имен. М., 2005.

 


1В распоряжении отечественных лексикографов теперь, благодаря усилиям М. Л. Гаспарова и Т. В. Скулачевой, есть русское издание пушкинского конкорданса. См.: Шоу Дж. Томас. Конкорданс к стихам А. С. Пушкина. В 2 х томах. М.: Языки русской культуры, 2000.
2Подробнее об этом см., например: Фонякова О. И. Имя собственное и словарь писателя // Вопросы теории и истории языка. Сб. статей к 100 летию со дня рождения Б. А. Ларина. СПб., 1993. С. 234-240.
3Второе — дополненное — издание словаря было осуществлено в 2000 году в связи с 200-летием со дня рождения А. С. Пушкина.
4См.: Словарь языка Пушкина. Т. I. М., 1956. С. 11.

 
Свидетельство о регистрации в средствах массовой информации: Эл № ФС 77-20427 от 3.03.2005
Дизайн и разработка сайта МЦДИ «Бинек»